Газета "Рыбак Сахалина" № 4 от 30 января 2013 г., Ф. Н. РУХЛОВ: "Путина. Итоги"

http://fishnews.ru/rubric/gazeta-ryibak-sahalina/7773 

Лососевая путина приводит в движение тысячи рыбаков-профессионалов и рыбообработчиков: от её результатов во многом зависит их материальное положение. Она исключительно важна для финансового благополучия рыбопромышленников, занимающихся прибережным промыслом. Поэтому не вызывают удивления происходящие в их рядах конфликты и споры, без которых не обходится ни одна путина. Богата была подобными ситуациями, обоснованными и необоснованными обвинениями в адрес друг друга и путина 2013 года, итоги которой кого-то порадовали, а кого-то очень огорчили. И парадоксальным образом шествуют по острову два взаимоисключающих мнения: одни (ссылаясь на ежегодные цифры вылова) говорят, что горбуши стало больше, а другие, ни на что не ссылаясь, крикливо-агрессивно говорят, что рыбы совсем не стало.
Свою точку зрения на современное состояние горбушевого стада сахалино-курильского бассейна, проблемы лососевого промысла и управления им высказывает в предлагаемой статье известный сахалинский ученый Феликс Николаевич Рухлов.

ПЕРВАЯ официально зарегистрированная лососевая путина в сахалино-курильском регионе в виде сводок о количестве выловленной рыбы состоялась в 1876 году. Таким образом, в 2013 году закончилась очередная, 138-я по счету лососевая путина. Что же рыбопромышленники имели, имеют и на что могут рассчитывать в будущем? По этому поводу хотелось бы поделиться своими соображениями.

Целесообразно начать с далекого прошлого. Всегда основой лососевого промысла в сахалино-курильском бассейне была горбуша. Статистика ее уловов показывает резкие периодические изменения численности рыбы, подходящей в зоны действия ставных неводов. С 1876 по 1945 год горбушу, в основном, промышляли японские рыбаки. Первый максимум вылова приходится на 1886 год, когда на южных Курилах выловили 10 тысяч тонн. На сахалинском побережье в тот год было выловлено немногим более 2 тысяч тонн.

Следующие обильные подходы горбуши наблюдались в 1907 году, когда из 46 тысяч тонн почти 34 тысячи выловили на восточном Сахалине. Рекорд держался до 1917 года, когда в сахалино-курильском регионе добыли почти 50 тысяч тонн. Но, следует отметить, что с 1909 по1917 год высокие уловы (от 10 до 30 тысяч тонн) отмечались в основном на восточном Сахалине. Этот район включает в себя и залив Анива. Следующий максимум уловов пришелся на 1975 год, когда выловили 56 тысяч тонн. Через год история повторилась. Общие уловы составили более 63 тысяч тонн, из которых 42,3 тысячи пришлось на восточный Сахалин. Поколения нечетных лет продолжали сохранять высокую численность. В путину 1989 года выловили уже более 82 тысяч тонн, из которых 60 тысяч пришлось на восточный Сахалин.

Через год – новый рекорд. Вылов достиг почти 125 тысяч тонн. Абсолютным историческим максимумом был отмечен 2009 год. В области выловили более 250 тысяч тонн, в том числе 224 тысячи на восточном Сахалине.

Рассматриваемый период разбит на три двадцатилетия. Практически во всех рыбопромысловых районах в эти периоды происходили существенные изменения, причем в большинстве случаев – в сторону увеличения уловов. Во втором двадцатилетии они в три с половиной раза возросли на Итурупе и юго-восточном побережье Сахалина. В два раза больше стали ловить горбуши в заливах Анива и Терпения. В третьем двадцатилетии вылов рыбы еще более вырос. Особенно отличилось северо-восточное побережье – уловы возросли почти в 10 раз. Почти в 5 раз больше рыбы оказывалось в неводах в заливе Терпения, почти в 4 раза – в заливе Анива и вдвое выше на юго-восточном берегу.

ИЗМЕНЕНИЯ среднегодового вылова привело к изменению роли ряда промысловых участков. Из приведенной таблицы видно, что увеличилась роль заливов Терпения и Анивы, но особенно северо-восточного побережья. Сохранил свои позиции юго-восток острова. Вдвое снизилась роль Итурупа. К сожалению, резко снизилась роль япономорской горбуши, на которой базировался промысел на западном Сахалине. Потому его доля в общем вылове, которая в первом двадцатилетии рассматриваемого периода составляла почти 27%, сейчас упала до одного. Но океанские стада лососей находятся на историческом максимуме своей численности.

Весьма значительное повышение уловов было вызвано целым рядом причин. Считается, что увеличение численности лососей является результатом изменения климата за последние 15-20 лет. Скорее всего, это именно так, поскольку оно затрагивает всю акваторию северной части Тихого океана и практически все виды дальневосточных лососей. Но в рассматриваемом нами отрезке времени (1954-2013 годы) Сахалин имеет ряд своих особенностей. Повышение уловов началось уже во втором двадцатилетии. Причин несколько. Ряд их можно назвать рукотворными. К ним относятся запрещение лесосплава на нерестовых реках, введение научно обоснованной ширины водоохранных лесных полос, которые ранжировались в зависимости от значения рек в воспроизводстве лососей. Эти меры привели к упорядочиванию рубок леса. В третьем двадцатилетии прекратили свою деятельность предприятия целлюлозно-бумажной и угольной промышленности области, загрязнявшие реки и прибрежные воды отходами своего производства. Были, наконец, реконструированы действовавшие и построены новые рыбоводные предприятия. Существенно усовершенствована технология разведения лососей. Значительно снизились объемы дрифтерного промысла, началось научно- техническое сотрудничество России, США. Канады и Японии в рамках северо-тихоокеанской Комиссии по анадромным рыбам – NPAFC. Можно сказать, что повышение уловов, особенно во втором периоде, когда особых изменений климата не отмечалось, стало результатом профессиональной, целенаправленной работы и правильных управленческих решений Минрыбхоза СССР.

КАЗАЛОСЬ БЫ, рыбопромышленники должны быть довольны сложившейся ситуацией. Однако человек быстро привыкает к тому, что есть, и ему хочется нечто большего. И появились проблемы. Дело в том, что для ведения лова выделено большое число промысловых участков, которые закреплены за частными предпринимателями. Перед путиной всё побережье острова буквально ощетинивается множеством выставленных центральных, увешанных ловушками. Но периодически природа создает ситуации, когда на одних участках появляется много рыбы, а на других невода стоят пустые. Усложняют ситуацию большие ошибки в прогнозах подходов горбуши. Ошибались и на Сахалине, и на Камчатке. Рыбаки Камчатки часто объясняли это тем, что рыба ушла на Сахалин. И наоборот. Но претензий друг к другу ни у тех, ни у других не появлялось. Рыба мигрирует туда, куда направляет ее природа.

Другая ситуация у предпринимателей, осуществляющих лов рыбы на смежных или близко расположенных участках. Возникают подозрения, что рыба, которая должна идти к ним в невода, отлавливается соседями на пути ее миграции. Поэтому, по их мнению, промысел конкурентов должен регулироваться разного рода ограничениями. Именно по этомувопросу представляется необходимым изложить свою точку зрения.

Промысел горбуши на Сахалине базируется на двух стадах – япономорском и тихоокеанском. Еще в семидесятых годах исследователи пришли к выводу, что океанское стадо, в свою очередь, разделяется на две популяции – раннюю и позднюю, различающиеся целым рядом особенностей. Япономорская горбуша является основным объектом лова на западном Сахалине, а также частью в заливе Анива и на юго-восточном Сахалине. Это подтверждается мечением рыб в уловах ставных неводов, осуществлявшихся периодически в 40-х -70-х годах прошлого века.

Первое мечение отечественные исследователи провели в районе поселка Антоново Холмского района в 1947 году. Метили рыбу навесными метками, прикрепляя их под спинным плавником. Впоследствии поймали 68 меченых рыб. Из них 25% оказались севернее участка мечения, а 75% – южнее. Из последних 4 особи обнаружили в заливе Анива и одну – на юго-восточном побережье острова.

В 1960 году эти работы были продолжены. В районе поселка Правда и города Холмска пометили 1450 рыб. 62 метки возвратили из района поселок Яблочное – город Углегорск. Одна особь добралась до Рыбновска. Таким образом, 37% возвращенных меток относятся к району, расположенному к северу от места мечения. 20 меток вернули с юга от места мечения. 7 меток обнаружили на западном берегу залива Анива, куда рыба пришла через 4 – 5 дней после мечения. Одну метку вернули из района реки Фирсовка (юго-восточный Сахалин).

Интересно отметить, что меченая рыба появилась и у северного побережья Охотского моря. Через 27 дней после мечения одну горбушу отловили у поселка Богурчан Магаданской области. Другую особь отловили в Ейринейской губе через 44 дня после мечения. Что это значило? Были ли это заблудившиеся особи или какая-то часть япономорского стада, пусть даже не очень большая, размножается в реках Магаданской области? Этот вопрос требует изучения. Но он дал в свое время основание для объяснения ряда крупных проловов рыбы на Камчатке или Сахалине возможным существенным изменением путей ее миграции.

В 1995-1998 годах работы по мечению горбуши у юго-западного Сахалина продолжились. За эти годы было помечено 17696 рыб. Возвратилось 1225 рыб, или 6,9 % . Подавляющее число меток (95,7%) пришло с берегов западного Сахалина. 21 особь обнаружена в заливе Анива, 5 рыб нашли в заливе Терпения. Две горбуши оказались в Японии в районе мыса Соя (Хоккайдо), одну – в районе реки Тумнин (материковый берег Татарского пролива).

МАТЕРИАЛЫ мечения показали, что в таких районах промысла, как залив Анива и юго-восточный Сахалин, облавливают горбушу япономорского стада. Она существенно раньше появляется у берегов южного Сахалина. Разделить горбушу разных стад визуально невозможно. Однако можно проанализировать статистику промысла и результаты биологических анализов горбуши разных сроков вылова. Мы рассмотрим уловы в трех рыбопромысловых районах – юго-западном Сахалине, заливе Анива и на юго-восточном побережье острова – начиная с 1947 по 2013 год, поскольку в первом из этих районов облавливается рыба япономорского стада, а во втором и третьем – горбуша как япономорского, так и океанских (ранняя и поздняя) стад.

За 66 последних лет уловы горбуши на юго-западном Сахалине в 28 случаях превышали уловы в заливе Анива. Из них в 17 случаях рыбы поймали больше, чем и на юго-восточном Сахалине. Причем в 12 из них они превысили цифру, общую для Анивы и юго-востока.

Существенно изменялась доля залива Анива в общем с юго-востоком объеме промысла. За рассматриваемый период эта цифра колебалась от 6 до 99%. Но если поколения нечетных лет в Аниве давали от 20 до 57% вылова, то в четные годы доля изменялась от 6 до 99%. Особенно отличился 1964 год, когда в Аниве поймали 720 тонн рыбы, а на юго-восточном побережье – 10 тонн. Доля Анивы составила 99%. Похожая ситуация складывалась в 1962 году (доля 87%), в 1970 году (доля 77%). Здесь следует отметить, что подобное соотношение уловов, скорее всего, явилось следствием регулирования промысла в связи с низкими подходами рыбы, а не действительно сложившейся в природе ситуации. Однако средние значения этого показателя для четных и нечетных лет оказались близким – соответственно 39 и 37%. Крайняя нестабильность подходов горбуши в залив Анива делает этот район зоной рискованного рыболовства.

Особенно существенные изменения промысел горбуши в заливе Анива претерпевал с 1975 по 2013 год. Периоды низкой численности рыбы сменялся периодами высоких или даже сверхвысоких уловов. Поколения горбуши четных лет с 1982 по 1990 год оказались настолько малочисленными, что их можно назвать провальными. В заливевылавливали менее тысячи тонн рыбы за путину. Такой же была и рыбалка в 1979 году. Годы, которые могут быть охарактеризованы как годы низкой численности, а к ним мы относим периоды, когда за путину добывали от 1 до 5 тысяч тонн, включают в себя 12 лет. Здесь встречались поколения четных и нечетных лет. Пять поколений горбуши позволили добывать за путину от 5 до 10 тысяч тонн. Такое же количество лет рыбаки вылавливали от 10 до 20 тысяч тонн. Но с 1991 года 8 поколений горбуши позволяли вылавливать за путину свыше 20 тысяч тонн. А в 2006 и 2009 годах добыча превысила 50 тысяч тонн. Таких уловов не было за всю историю промысла.

На юго-восточном Сахалине вылов, как правило, превышал цифры залива Анива. Но их изменения по годам почти полностью соответствовали их изменениям в Аниве. Синхронными оказались 30 из 36 лет наблюдений. Но в 1994,1995 и с 2005 по 2008 годы уловы изменялись асинхронно. При этом преимущество в цифрах вылова в пользу юго-восточного Сахалина сохранялось. В 2006 году в заливе Анива улов более чем на 30 тысяч тонн превысил результаты промысла юго-восточного Сахалина. Такого не отмечалось за всю историю промыслов, и эту ситуацию пока очень трудно объяснить. Возможно, через залив Анива, а конкретно – через зону действия ставных неводов прошла большая группа мигрирующих в другой или из другого района рыб.

РАССМОТРИМ вопрос о перехвате ставными неводами рыбы, мигрирующей вдоль берега в другой район нереста. Результаты мечения позволяют сделать вывод о том, что облавливается как местная популяция, так и проходящая рыба. Но возникает вопрос: а какова величина вылова проходящей рыбы? Ответить на него нельзя без проведения мечения горбуши в пределах территориального моря. Рассуждения о том, что на участке от мыса Свободный до мыса Анива вылавливается горбуша, идущая на нерест в залив Анива, основаны только на том, что нерестовая площадь для воспроизводства горбуши в заливе Анива намного больше, чем наупомянутом участке. Правда, в этом районе один раз проводилось мечение рыб. Результаты показали, что часть рыб мигрирует в сторону мыса Анива. Одну особь обнаружили и в районе реки Островка.

Давайте разберемся. Если это рассуждение верно, то в общем вылове юго-востока и залива Анива при увеличении уловов на первом участке должна снижаться доля второго. Расчеты не подтверждают этого. Движение в сторону мыса Анива не значит, что вся рыба направляется в залив. От мыса Анива путь может лежать еще в трех направлениях – на Итуруп, Кунашир и Хоккайдо. Только мечение рыбы может поставить точку в этом вопросе. А пока результаты путин показывают, что, как правило, при повышении уловов на юго-востоке повышаются и уловы в заливе Анива. Причем наиболее ярко это проявляется для поколений нечетных лет. Расчет коэффициента корреляции за 38 лет наблюдений дает цифру 0,72 , что характеризует высокую степень связи. Это естественно, поскольку увеличивается (либо понижается) численность общего для промысла в том и другом районе стада рыбы. Для поколений четных лет эта зависимость оказалась слабее. Коэффициент корреляции составил 0,54. Это говорит о том, что такая связь существует и для поколений четных лет, но она слабее. Относительно влияния на уловы в заливе Анива числа выставляемых на юго-востоке неводов можно отметить, что рассчитанный по данным за 18 лет коэффициент корреляции составил 0,03. То есть зависимости не отмечено.

ЗДЕСЬ СЛЕДУЕТ подчеркнуть, что мы рассматривали ситуацию только с точки зрения влияния уловов одного района на уловы другого и ничего более. Но этот вопрос тесно связан с изучением путей миграции горбуши, оценкой степени ее привязанности к родным рекам, так называемым хомингом. На сегодняшний день считается, что горбуша, в отличие от других видов лососей, не имеет никаких обязательств перед родным водоемом и может свободно изменять свой путь и следовать на смежные участки или даже в другие районы промысла, то есть обладает слабым хомингом. Но опубликованные результаты ряда исследований позволяют сделать и противоположные выводы. Доктор биологических наук Л.Б. Кляшторин (ВНИРО), изучавший этот вопрос, приводит такие данные. При акклиматизации горбуши на Кольском полуострове основной ее возврат отмечался в реках, где инкубировали икру и выпускали молодь. Соседние реки осваивались рыбой медленно. На Аляске в 1976-78 годах пометили в разных реках 67 миллионов мальков. Все обнаруженные взрослые меченые рыбы вернулись в родные водоемы. В Канаде в 1960-70 годы также проводились эксперименты по мечению горбуши. Известно, что от 96,6 до 99,6 % особей вернулось в свои водоемы, а остальная часть была обнаружена в смежных реках. Это были, следует подчеркнуть, экспериментальные работы, и игнорировать их невозможно.

Следует выяснить причины расхождений. Известно, что метилась молодь заводского происхождения. Возможно, это характерно только для такой рыбы. Возможно, корень расхождений находится в различиях видов промысла. На американском побережье рыбу изымают кошельками, в России – ставными неводами. В последнем случае перехватывается рыба, мигрирующая в другие реки и районы промысла. Естественно, в уловах присутствуют и меченые особи, которые привязываются потом к тем рекам, вблизи которых они были установлены орудия лова. Во всяком случае, следует провести (вернее продолжить) такие исследования на Сахалине, поскольку только при условии четкого представления о путях миграции рыбы можно грамотно готовить и проводить путину.

Методики мечения рыб достаточно хорошо разработаны. В настоящее время осуществляется маркирование заводской молоди так называемыми тепловыми метками. Сам процесс требует минимума трудовых и экономических затрат. Методика позволяет метить миллионы рыб. Каждый рыбоводный завод может иметь свой специфический маркер. Но при поиске меченых особей есть существенные проблемы. Внешне маркированную рыбу заводского происхождения отличить невозможно. Для ее выявления необходимо отрезать и вскрывать головы рыб, извлекая из них отолиты – слуховые косточки. На них и нанесены метки. Принадлежность этих меток к рыбоводному предприятию определяется под микроскопом. Но поскольку доля заводских рыб в общих уловах невелика, возникает конфликт интересов с рыбаками. Приходится отбирать из уловов некоторый объем рыбы и обезглавливать ее. Кроме того, нельзя отождествлять пути миграции рыбы заводского и естественного происхождения без проведения параллельных работ для обоснования возможности такого отождествления. Но метод теплового мечения позволит разрешить продолжающиеся до сегодняшнего дня споры об эффективности рыбоводных предприятий, поскольку может дать такую оценку для каждого из них. Возможно также будет и оценить степень хоминга для рыбы заводского происхождения.

Ф. Н. РУХЛОВ, кандидат биологических наук, старший научный сотрудник